Очерки христианской этики. Протоиерей Владислав Свешников. Для учащихся гуманитарных специальностей

Владисла́в Васильевич Свешников (1937, Ейск, Краснодарский край) — священник Русской Православной церкви, настоятель Храма Трёх Святителей на Кулишках (Москва), доктор богословия (2001), профессор Свято-Тихоновского Православного гуманитарного университета.

1. Введение содержание и смысл этических учений

Поведение человека и его мотивы

Объективная содержательность нравственного мира. Всеобщность нравственной проблематики

Благо как сущность нравственного бытия

Божественное откровение как источник нравственного знания

Ценностное отношение к Богу, к людям, к себе и к миру

Переживание, мотивы и сущность ценностного выбора

Смысл и способы личностной жизни: этический аспект

Личность, общество и нравственная проблематика

Нравственный поиск

Установки и практика нравственной жизни

Добро и нравственный закон

Благо и блаженство

Достоинство личности и созидание души

Свобода и самоопределение

Грех и добродетель

Нравственный долг, правда и право

Критерии и ориентиры нравственной жизни

2. Катастрофа и катастрофы

До грехопадения (образ и подобие)

Грехопадение

Падшесть. Греховность

Грехи ума и сердца

От помысла – к страсти

Гордость – фундаментальная страсть

Искушения и соблазны

Работа диавола

Влияние мира

Влияние плоти

Грех душевности

Совместность усилий диавола, мира и плоти

Предательство Бога, ближних и себя

Приложение к главе 2

СОВРЕМЕННЫЙ ЧЕЛОВЕК И КОНЕЦ СВЕТА

Деградация личности и общества

Искаженность установок на грех и добродетель

Непонимание очевидностей

Мир пристрастий современного человека

Нравственная сфера и душевные болезни

Психопатии и неврозы

1.ВОЗБУДИМЫЕ ПСИХОПАТЫ (эпилептоиды)

2.ИСТЕРИЧЕСКИЕ ПСИХОПАТЫ (истероиды)

3. ШИЗОИДНЫЕ ПСИХОПАТЫ

4. ЭМОЦИОНАЛЬНО-ЛАБИЛЬНЫЕ ЛИЧНОСТИ

5. НЕУСТОЙЧИВЫЕ ПСИХОПАТЫ

6. ЦИКЛОИДНЫЕ ПСИХОПАТЫ

7. КОНСТИТУЦИОНАЛЬНО-ДЕПРЕССИВНЫЕ ПСИХОПАТЫ

8. АСТЕНИЧЕСКИЕ ПСИХОПАТЫ

9. СЕКСУАЛЬНЫЕ ПЕРЕВЕРТИИ

10. ПАРАНОЙАЛЬНЫЕ ПСИХОПАТЫ

Нравственные особенности человека «лютого» времени

Антихрист и «его» народ

Апостасия

3. Начало пути

Неизбежность и необходимость покаяния

Смысл и содержание покаяния

Полнота и этапы покаяния

Три «ипостаси» покаяния

Покаяние как нравственное возрождение

Покаяние как жизнь

Покаяние и Царство Небесное

4. Фундамент жизни. искание праведности

Духовная нищета, ее значение и подлинность

Смирение: мир с Богом, с миром и с собой

Пути обретения духовной нищеты

Смиренномудрие и блаженный плач

Разные слезы

Кротость – выявление смирения

Спаситель и святые – образцы кротости

Терпение и долготерпение

Послушание

Ложное смирение и послушание

Алчба и жажда правды

Какова правда?

Милость Божия и милость человеческая

Светлость чистого сердца

Миротворчество как практика новой твари

Радость гонимых за Христа

Уподобление Христу и единство с Ним

“Новая тварь”

Структура заповедей блаженства

Как исполнить неисполнимый закон

5. Закон Божий

Закон Ветхий. Его величие и недостаточность

Нравственный Евангельский закон

Суть и смысл Евангельского закона

Описание нового творения

Христос – исполнитель закона

Закон и служение

Различие закона Моисеева и новозаветной христианской нравственности

Связь Евангельского закона с Ветхим Заветом

6. Нравственное бытие и воля Божия

Воля Божия о человеке

Суд Божий и суд человеческий

Значение Промысла в жизни человека и его действия

Содержание нравственной жизни и Промысл

Промысел и благодать

Свобода человека и ее извращения

“Работа” Христа и соработничество человеческое

Искание воли Божией

Различение духов

Исполнение воли Божией

7. Истинный порядок нравственных ценностей

Необходимость нравственных порядков

Заповеди как принципы устройства

Знание того, что важнее

Способы реализации нравственных норм

Установления Божии и человеческие

Самоотверженность

Готовность без сомнений

Прежде всего – Царство Божие и правда его

Внутреннее важнее внешнего

Другие принципы

Часть 2.

Исповедание Бога

Бог – впереди всего

Следование за Христом

Переживание благости Божией

Искание мира Божественного

Бог – свет нравственный

Праведность личности во Христе Иисусе

Благочестие и благоговение (страх Божий)

9. Человеческие отношения – поле греха и добродетели

Нормы отношений, работающих на со-единение

Самоотвержение в человеческих отношениях

Неосуждение

Желание и делание добра

Чистота внутреннего мира в общении

Служение имеющимися дарами

Семейная жизнь. Супружеские отношения

Семейная жизнь. Родители и дети

Грехи человеческих отношений

Грехи ложных интерпретаций

Работа контрольных свойств

10. Общественная нравственность

Принцип собранности

Этика общественного служения

Личность и общество: нравственные смыслы

Малые группы и нравственность

Большие группы и нравственность

Община и Церковь

11. Построение внутреннего мира

«Сокровенный сердца человек»

«Чувства добрые»

Противостояние злу

«Невидимая брань»

Преодоление искушений

Духовное рассуждение

Стяжание внимания

Трезвитесь и бодрствуйте

Горение сердца

Восприятие благодати

Укорененность в духе и стяжание добрых начал

Благость и ее производные

Стояние в свободе

Тело – Храм Божий

Пост и воздержание

Молитва и безмолвие

Цели и результаты пути

К докладу

12. Радости и скорби

Радости и скорби греховные

«Всегда радуйтеся»

Страх Божий и радость

Значение скорби – всегда

Скорби и нравственный мир

Скорбь и святость. Добровольные страдания

Значение скорби – теперь

Скорбь, смирение и терпение

«Печаль яже по Бозе»

Скорби и радости: временная и вечная жизнь

К докладу

13. Любовь божественная и человеческая

Любовь Божественная

Райская любовь к Богу и к Небу

Райская любовь Адама и Евы

Любовь и грехопадение

Восстановление заповеди в Ветхом Завете – «Возлюби Бога и ближнего»

Восстановление заповеди в Новом Завете: «Заповедь новую даю вам...»

Любовь к Богу и к ближнему в их взаимодействии

Любовь к врагам

Свойства любви

Возрастание в любви

Любовь и молитва

Любовь и Евхаристия

Любовь и община

Любовь и единство исповедания

Любовь верных и ненависть мира

Виды искажений и подмен любви

Любовь к миру и к Богу

К докладу

14. Вера и надежда: этическое содержание

Вера как религиозная категория

Вера – уверенность

Доверие Богу

Вера и верность

Вера и спасение

Евангельские образцы спасительной веры

Неверие и маловерие

Вера и дела

Взаимосвязь веры и надежды

Упование и вечность

Надежда как добродетель

Упование и молитва

К докладу

15. Христос и святость. Ценность личностного мира

Христос – новый Адам

Служение Христа

«Небесность» Христа

Совершенства Христа

Возрождение личности

Ценность человеческой личности

Явление совершенного человека

Подражание Христу

Святость совершенного человека

Апостольство и святительство

Мученичество

Преподобничество

Святость в миру

Дары духовные. Плоды духовные

К докладу

16. Слава и благодарение

Благослови, душе моя, Господа

Хвали, душе моя, Господа

Слава Божия в Новом Завете

Слава и Евхаристия

Заключение. Обзор этических дорог. Смерть и жизнь

Хвали, душе моя, Господа

Близок к благодарению Бога и другой вид общения с Ним – прославление Его. Он

несколько отличается от благодарения по мотивации: причина, побуждающая к благодарению, отвечает на вопрос «за что», а причина, побуждающая к хвалению, – на вопрос «почему». Поэтому хваление или прославление более обширно и бескорыстно. Вся сумма ответов на этот вопрос «почему» слагается в один простой ответ: «потому что Ты такой, Господи», или даже просто: «потому что Ты есть». Поэтому если благодарность может быть обращена и к человеку, то прославление – только к Богу; если же оно прилагается и к человеку, то становится «сотворением кумира». Благодарение может иметь бытовые, психологические и другие причины; прославление же имеет причины только мистические, и когда оно направляется по отношению к человеку, то становится извращением нормального порядка бытия. Обращенное же к Богу, открывающееся в сердце и выражающееся в словесном и всяком ином служении, оно становится одной из подлинных вершин нравственной жизни личности.

Прославление по природе своей жертвенно, и более того – в нем выражается жертва личности по существу, а не в частичных проявлениях. В человеке, рославляющем Бога, совершился главный личный и нравственный подвиг: он сумел поставить для себя Божественную личность выше собственной личности, любой другой личности и человеческой личности вообще. Прославление, имея мистическую мотивацию и ориентацию, раскрывает душу в ее мистических глубинах, охватывающих всю полноту человеческого существования. И потому в одном из главных хвалитных псалмов, 145-м, на призыв «хвали, душе моя, Господа» душа псалмопевца отвечает: «восхвалю Господа в животе моем (­во всем моем бытии), пою Богу моему, Дóндеже есмь (­пока существую)». Воспевание – это внутренний, а иногда и внешний процесс, выходящий за пределы как умственного теоретического богословствования, так и простого бесструктурного эмоционального ощущения. «Дондеже есмь» – не просто поэтическая метафора. В этих словах – реально выраженное знание религиозной и нравственной души о своей внутренней необходимости непрестанно и вечно восхвалять Бога.

145-й псалом указывает и на высшие объективные основания значимости Бога по отношению к человеческому миру (и вообще к творению). Для личности, сотворенной Богом, в нравственном отношении естественно воспевать само Божественное творчество, несравнимое ни с чем более: «сотворшаго небо и землю, море и вся яже в них» (все, что в них) – говоря проще, все. В Символе веры это квалифицируется как «видимое и невидимое», т.е. материальное и духовное. При этом для такого переживания величия и славы Божиих даже нет необходимости в Богооткровенном объективном знании: это переживание присутствует в любом религиозном сознании, признающем сотворение мира Богом.

Богооткровенное знание добавляет к этому лишь точность и полноту понимания мистического смысла Божественного творчества, специально указывая на человека как на венец творения и на нравственный смысл взаимоотношений Бога и человека. Творческое дело Божие не раз входит в переживание и мысль псалмопевца, как человека духовного и обладающего ветхозаветным откровенным знанием: «Исповедайтеся Господеви, яко благ, яко ввек милость Его... Сотворшему чудеса велия единому... Сотворшему небеса разумом... Утвердившему землю на водах... Сотворшему светила велия... Солнце во область дне... Луну и звезды во область нощи» и прочее (Пс.135). Еще более высокий гимн Божественному творчеству содержится в 103-м псалме.

Но и космическое переживание не лишено тех же прославляющих восторгов, и это выражается во многих текстах; например, в одной из молитв таинства св. крещения: «Ты, Боже, собственным хотением от небытия к бытию приведший всякое создание, Твоею державою содержишь творение, и Твоим промыслом строишь мир. Ты, от четырех стихий творение создавший, четырьмя временами венчал круг года. Тебя трепещут все умные силы, Тебя поет солнце, Тебя славит луна, Тебе присутствуют звезды, Тебя слушает свет, Тебя трепещут бездны, Тебе работают источники. Ты простер небо, как кожу, Ты утвердил землю на водах, Ты оградил море песком, Ты дыханием пролил воздух».

Вера в создание мира Богом выражается в хвале и прославлении, не обязательно словесных. Обычно чем выше уровень такого переживания, тем менее ограничивается оно одним лишь фактом сотворения мира, но находит в нем при подробном рассматривании, поэтическом или научном, повод для возрастающего восхищения, ибо видит в нем сложность и многообразие картин мира, особенно при созерцании живой природы, которая поражает наблюдателя не только многообразием форм органичного движения, но и поразительной целесообразностью, совершенно непонятной без веры в сотворение мира Богом.

Далее человеческому духовно-нравственному созерцанию помимо Божественного творчества предстоит факт Божественного промышления о созданном Им мире. Мир этот управляется Богом закономерно; даже Божии действия – созидательные и охранительные – проявляются для человека, как правило, через эти законы. В силу этой закономерности существование мира выглядит отчасти автономным от Бога; мир дан в удел нравственно свободным существам, которые, опираясь на эти законы, могут реализовывать свой свободный выбор.

В мире существуют два вида закономерностей: натурально-физические – для безличной материи и духовно-нравственные – в жизни нравственно свободных существ. И для человеческой личности естественно хвалитное созерцание Бога, «хранящего истину ввек» – обеспечивающего непреложность исполнения этих физических и нравственных законов. Причем если при осуществлении физических закономерностей в материи не играет роли, да и невозможно согласие или несогласие косной материи, то при осуществлении законов нравственных свободный выбор личности является одним из главных действующих факторов.

По мысли Священного Писания, Бога прославляют не только свободноразумные, согласные на со-бытие с Богом личности, но также, хотя и по иному, и внеличностный мир: «Хвалите Его, солнце и луна; хвалите Его, звезды и свет. Хвалите Его, небеса небес и воды, которые превыше небес. Да хвалят имя Господне: ибо Он сказал, и они сделались, повелел, и сотворились... огонь и град, снег и туман... горы и все холмы, древа плодоносные... звери и всякий скот» и т.д. (Пс.148, 3–10). Причиною такого постоянного все-природного хваления Бога является не только сотворение Им мира, но и непрестающее промыслительное охранение Богом своего творения. И это промыслительное действие Божие особенно ясно переживается теми, кто видит в нем проявление Божественной любви.

Бог «творит суд обидимым», т.е. выстраивает справедливые обстоятельства для тех, по отношению к которым общество оказывается несправедливым.

Бог дает все необходимое людям («пищу алчущим»), освобождает несвободных («решит окованныя»). Бог открывает верно знание тем, от кого оно закрыто («умудряет слепцы»), приходит на помощь поддавшимся греху («возводит низверженныя»). Бог окружает особенной благостью тех, кто стремится к Его правде («любит праведники»), охраняет тех, кто только начинает входить в страну Божественной жизни («хранит пришельцы»). Бог заботится о тех, о ком больше некому позаботиться («сира и вдову приемлет»). Бог не уничтожая самих богоборцев, разрушает их смыслы бытия («и путь грешных погубит»).

Непрекращающееся промыслительное делание Бога по отношению к Его творению, делание любви, вызывает у всякого нравственно здорового человека ощущение духовного восторга, а значит, вслед за тем, и прославление Бога. И в этом личностном переживании человек превозносит Бога выше всего тварного мира, выше времени и пространства, в Божественной вечности, как это и соответствует Его Божественному естеству; но при этом и не считает Его безнадежно удаленным от себя. И тогда Бог становится таинственным руководителем жизни человека, что, однако, возможно только в Церкви: «Бог твой, Сионе, в род и род». (Сион – гора, на которой стоит Иерусалим – ветхозаветный образ Церкви.)

Прославление Бога, хотя и может быть понято и, до известной степени, теоретически рассказано, прежде всего, раскрывается как практическое созерцание и живое движение души, которое наиболее органично выражается через молитву. Оно постоянно свидетельствуется и в Ветхом Завете – от самого простого указания (некий человек или весь народ «прославил Бога») до развернутого в виде псалма молитвенного переживания (некоторые псалмы по их содержанию принято называть «хвалитными»).

Но с еще большей остротой – и как внутренний долг и как чувство – это ыражается в новозаветном сознании, особенно у св. апостола Павла. Прославление Бога становится нравственной основой, которая делает жизнь целостной: «едите ли, пьете ли, или иное что делаете, все делайте во славу Божию» (1Кор 10,31). Если эта этическая христианская норма обязательна даже для процессов физиологического характера (еда и проч.), тем более она необходима в душевных и духовных действиях личности. Прежде всего – в общении с ближними, а тем более – в молитвенном обращении к Богу, когда многие молитвы по прямому смыслу имеют хвалитное содержание. Причем это состояние настолько органично для христианского нравственного сознания, что не требуется никаких ритуалов или иных специальных приемов, чтобы обрести его.

Прославление Бога раскрывается в личностном преклонении. Ибо, прославляя Бога, человек переживает Его бесконечное величие и благость и признает Его своим Господом, что и выражается в поклонении. Ощущая и осознавая свое единство со всем творением, такая личность таинственно прозревает и общее поклонение всякой твари: «Бог превознес Его [Иисуса] и дал Ему имя выше всякого имени, дабы пред именем Иисуса преклонилось всякое колено небесных, земных и преисподних, и всякий язык исповедал, что Господь Иисус Христос в славу Бога Отца» (Флп 2,9–11). Слава, воздаваемая Богу, особенно раскрывается в полноте церковного знания, в единстве веры: «дабы вы единодушно, едиными устами славили Бога» (Рим 15,6).

Вообще церковное знание и церковное переживание славы Божией проявили себя во множестве оттенков чувства и слова в святоотеческом молитвенном опыте, и преимущественно в завершающих словах молитв, где поклонение и прославление Бога выразились с наибольшей полнотой. Здесь слышится и аксиологическая сама собою разумеющаяся обязанность, вовсе не ищущая аргументов («яко подобает Тебе всякая слава, честь и поклонение...»), и ощущение уникальной святости Божества («яко свят еси Боже наш...»), и знание творческой и промыслительной всемощности Его («яко Твое есть Царство и сила и слава...»), и видение Его бесконечного добра, с особой силой проявляемого по отношению к своему образу и подобию («яко благ и человеколюбец Бог еси...»), и переживание факта величия самого имени Божия («яко благословися имя Твое...»), и знание особого служения всего мира ангельского, для этой цели и сотворенного Богом («яко Тя хвалят вся силы небесныя...»), и воспоминание о спасительном деле Божьем («яко Ты еси Царь мира и Спас душ наших...»), и, наконец, простое переживание единства с Ним («яко Ты еси Бог наш...»). Замечательно, что в зависимости, так сказать, от «материала» обращения, такие восславления могут иметь и вполне конкретный характер. Например, при покаянии: «яко Ты еси Бог кающихся...»; при венчании: «яко Ты еси благословляяй и освящаяй всяческая...»; при соборовании: «яко Ты еси источник исцелений...», и т.д. Замечательно, что все эти прославления связаны с созерцанием единства Пресвятой Троицы.

Для того, чтобы такое общецерковное переживание стало духовнонравственным личностным актом, оно должно быть личностно усвоено; иначе любые объективно великие и значимые слова останутся лично бесплодными и бессодержательными, и неизбежен трагический разрыв между произносимым словом и душевной пустотой. Но тогда совесть укажет на этот разрыв, и человек станет искать в своей душе способность к любви и благоговению, к живому чувству живого Бога, чувству, при котором сердце не только согласно отзовется на великое содержание слов молитвы, но и само станет искать такие слова. И тогда они будут иметь великую нравственную силу – не только в том смысле, что она заставит убегать от зла, лжи и греха, как противных славе Божией, – но и держать душу в постоянном воскрешающем ее напряжении.

Разумеется, в обычном течении жизни, когда и мир обычных житейских попечений, и необходимость зарабатывать на хлеб, и сложности человеческих взаимоотношений, и необходимость внутренней борьбы с находящими искушениями, и покаянное переживание случающихся падений, и многое другое, что входит в жизнь личности, не позволяет душе находиться в всеохватывающем напряжении славословия. Но как выражение веры и любви к Богу оно может стать (и у святых – становится) ведущим положительным нравственным принципом, выстраивающим все движения души и духа человек23. И если в начале нравственного развития личности к славословию побуждает, например, красота тварного мира, то затем, напротив, созерцание славы Божией позволяет и в тварном мире наблюдать отблески этой славы. Этот тварный мир начинается с собственной личности; когда человек прославляет Бога в своем сердце, то и само сердце видит себя в ином свете, в подлинном свете, в свете Христовом, и это сердце начинает наилучшим образом управлять всем человеческим естеством. Конечно, это – то, чего следует достигнуть, но надо быть готовым к тому, что на деле ничто так трудно не дается в нравственной жизни, как бескорыстное прославление Бога. Так было всегда, но особенно трудно стало оно в последние времена. (Ныне бывает, что и для священников бесследно и бесплодно проходят ими же произносимые славословия в завершениях молитв.)